Читаешь код человека, который ушёл три года назад.
По нему видно больше, чем по резюме. Где он торопился. Чего боялся. Что считал настолько очевидным, что не стал объяснять. Комментарий «не трогать, ломается» — целый абзац о человеке и о том, в каком состоянии он был в тот четверг.
После нас остаётся не то, что мы собирались оставить. Не доклад, не формулировка в README, не аккуратно оформленный репозиторий, который держали за визитную карточку.
Остаются привычки, встроенные в чужую работу. Способ называть переменные, который переняла команда. Вопрос, который теперь задают на ревью, уже не помня, кто начал его задавать. Правило, записанное когда-то в чат и с тех пор ни разу не обсуждавшееся.
Неприятно в этом две вещи. Оно не поддаётся управлению: выбрать, что именно после тебя останется, нельзя, и попытки выбрать обычно оставляют как раз ничего. И оно безымянно — через год никто не вспомнит, чей это был вопрос.
Зато это единственное, что переживает проект. Репозиторий заархивируют, сервис выключат, документацию перепишут под новый фреймворк.
Привычка останется в людях, пока они работают. Дальше — в тех, кто пришёл после них.